Биография Царевич Дмитрий Угличский

Дмитрий Угличский

Царевич Дмитрий Иванович (Димитрий Иоаннович), прямое имя (по дню рождения) — Уар. Родился 19 (29) октября 1582 года в Москве — погиб (или убит) 15 (25) мая 1591 года в Угличе. Князь углицкий. Сын царя Ивана Грозного. Его смерть вызвала глубокий политический кризис, приведший к Смутному времени. Канонизирован в 1606 году как благоверный царевич Димитрий Угличский, «угличский и московский и всея Руси чудотворец». День памяти — 15 (28) мая. Один из самых почитаемых русских святых.

Дмитрий Иванович родился 19 (29) октября 1582 года в Москве.

Отец — Иван IV Васильевич Грозный (1530-1584), великий князь московский и всея Руси с 1533 года, первый царь всея Руси (с 1547 года).

Мать — Мария Федоровна Нагая (в иночестве — Марфа; 1553-1611), русская царица, седьмая (последняя) жена царя Ивана IV Грозного.

Прямое имя — Уар. День святого Уара (редкий святой, не входивший в круг фамильных) приходится ровно на 8 дней раньше святого Дмитрия, и второе княжеское имя вполне могли дать «по восьмидневному обрезанию» в крещение ребенка.

За 30 лет до его рождения у Ивана Грозного уже был один сын по имени Дмитрий — это был рано умерший первенец царя. Причина, по которой младший царевич получил то же имя, что и покойный старший, неясна.

Брак его родителей не был благословлен церковью, он мог считаться незаконнорожденным и исключаться из числа претендентов на престол.

Вслед за его рождением была написана мерная икона — третья из сохранившихся. На ней изображен его святой покровитель Дмитрий Солунский, в честь которого новорожденный был крещен.

После смерти Ивана Грозного в 1584 году и восшествия на престол Федора Ивановича (причем еще до церемонии венчания на царство 24 мая) мальчик с матерью регентским советом был удален в Углич, получив его в княжение (как ранее и младший брат Ивана Грозного Юрий Васильевич и младший брат Василия III — Дмитрий Иванович Жилка).

В Угличе он считался правящим князем и имел свой двор (последний русский удельный князь), официально — получив его в удел, но, по всей видимости, реальной причиной тому было опасение властей, что Дмитрий вольно или невольно может стать центром, вокруг которого сплотятся все недовольные правлением царя Федора. Эта версия подтверждается тем, что никаких реальных прав на «удел», кроме получения части доходов уезда, ни сам царевич, ни его родня не получили. Реальная власть сосредоточивалась в руках присланных из Москвы «служилых людей» под руководством дьяка Михаила Битяговского.

После старшего брата — царя Федора Иоанновича (у которого родилась только одна дочь Феодосия Федоровна) Дмитрий оставался единственным мужским представителем московской линии дома Рюриковичей.

Путешественник Джильс Флетчер описывал Дмитрия так: «Младший брат царя, дитя лет шести или семи (как сказано было прежде), содержится в отдаленном месте от Москвы, под надзором матери и родственников из дома Нагих, но (как слышно) жизнь его находится в опасности от покушений тех, которые простирают свои виды на обладание престолом в случае бездетной смерти царя. Кормилица, отведавшая прежде него какого-то кушанья (как я слышал), умерла скоропостижно. Русские подтверждают, что он точно сын царя Ивана Васильевича, тем, что в молодых летах в нем начинают обнаруживаться все качества отца. Он (говорят) находит удовольствие в том, чтобы смотреть, как убивают овец и вообще домашний скот, видеть перерезанное горло, когда течет из него кровь (тогда как дети обыкновенно боятся этого), и бить палкой гусей и кур до тех пор, пока они не издохнут».

Царевич Дмитрий Картина Михаила Нестерова

Смерть Дмитрия Угличского

Дмитрий умер 15 (25 по новому стилю) мая 1591 года в Угличе. Обстоятельства смерти царевича до сих пор остаются спорными и не до конца выясненными.

В тот день он играл «в тычку» (русская народная игра, заключающаяся в попадании свайкой — заострённым железным стержнем с массивной головкой — в кольцо или несколько колец, лежащих на земле), причем компанию ему составляли маленькие робятка жильцы Петруша Колобов и Важен Тучков — сыновья постельницы и кормилицы, состоявших при особе царицы, а также Иван Красенский и Гриша Козловский. Царевича опекали мамка Василиса Волохова, кормилица Арина Тучкова и постельница Марья Колобова.

Правила игры, не изменившиеся до нынешнего времени, состоят в том, что на земле проводится черта, через которую бросают нож, стараясь, чтобы он воткнулся в землю как можно дальше. Побеждает тот, кто сделал самый дальний бросок.

Если верить показаниям очевидцев событий, данным во время следствия, в руках у царевича была «свая» — заостренный четырехгранный гвоздь. То же подтвердил брат царицы Андрей Нагой, передававший, впрочем, события с чужих слов. Существует несколько иной вариант, записанный со слов некоего Ромки Иванова «со товарищи» (также говоривших, по всей вероятности, с чужих слов): царевич тешился сваею в кольцо.

Относительно дальнейшего очевидцы в основном единодушны — у Дмитрия начался приступ эпилепсии — говоря языком того времени — «черной немочи», и во время судорог он случайно ударил себя «сваей» в горло. В свете современных представлений об эпилепсии это невозможно, поскольку в самом начале эпилептического припадка человек теряет сознание и удержать какие-либо предметы в руках не в состоянии.

Вполне возможно, что из-за опасения, как бы царевич не поранился лежащей под ним на земле «сваей», ее попытались вытащить из-под царевича и случайно при этом его смертельно ранили в шею или, возможно, из-за этой неловкой попытки царевич, в тот момент «бьющийся в судорогах», сам натолкнулся на «сваю».

По словам кормилицы Арины Тучковой, «она того не уберегла, как пришла на царевича болезнь черная, а у него в те поры был нож в руках, и он ножем покололся, и она царевича взяла к себе на руки, и у нее царевича на руках и не стало».

Такую же версию с некоторыми вариациями повторяли и другие очевидцы событий, а также один из братьев царицы Григорий Федорович Нагой.

Но царица и другой ее брат, Михаил, упорно придерживались версии, что Дмитрий был зарезан Осипом Волоховым (сыном мамки царевича), Никитой Качаловым и Данилой Битяговским (сыном дьяка Михаила, присланного надзирать за опальной царской семьей) — то есть по прямому приказу Москвы.

Возбужденная толпа, поднявшаяся по набату, растерзала предполагаемых убийц. Впоследствии колоколу, послужившему набатом, по распоряжению Василия Шуйского был отрезан язык (как человеку), и он вместе с угличанами-мятежниками стал первым ссыльным в только что основанный Пелымский острог. Только в конце XIX века опальный колокол был возвращен в Углич. В настоящее время он висит в церкви царевича Димитрия «На крови».

Тело царевича было отнесено для отпевания в церковь, рядом с ним «безотступно» находился Андрей Александрович Нагой.

Царевич Дмитрий был погребен в Угличе, в дворцовом храме в честь Преображения Господня. Вокруг могилы царевича и поставленной над ней часовней возникло детское кладбище.

Позже, 3 (13) июля 1606 года, «святые мощи страстотерпца царевича Димитрия были обретены нетленными». После канонизации его останки были перенесены в Архангельский собор московского Кремля и стали почитаться как реликвия. В 1812 году, после захвата Москвы французскими войсками и их союзниками, рака Дмитрия была вновь вскрыта, а мощи из нее выброшены. После изгнания захватчиков мощи были вновь найдены и установлены на прежнем месте. Серебряная рака середины XVII столетия не сохранилась, крышка от раки находится в музее Оружейная палата.

Царевич Дмитрий Угличский

Царевич Дмитрий Угличский

«Угличское дело»

19 (29) мая 1591 года, через 4 дня после смерти царевича, из Москвы прибыла следственная комиссия в составе митрополита Геласия, главы Поместного приказа думного дьяка Елизария Вылузгина, окольничего Андрея Петровича Луп-Клешнина и будущего царя Василия Шуйского. Выводы московской комиссии на тот момент были однозначны — царевич погиб от несчастного случая.

Следственное дело, составленное комиссией, сохранилось под названием «Угличское дело», в ходе него было привлечено к следствию около 150 чел. Допрашивались дядья царевича — Нагие, мамка, кормилица, духовные лица, близкие ко двору или бывшие во дворце в начальный момент событий. Составление белового экземпляра в основном было завершено уже в Угличе.

Следственное дело сохранилось почти полностью, утрачено лишь несколько начальных листов. Рукопись, как показало исследование, представляет собой в основной части беловую копию материалов следствия, представленную на рассмотрение совместного заседания Боярской думы и Освященного Собора 2 (12) июня 1591 года. Дело докладывалось Геласием на заседании Освященного собора, по решению которого было передано на усмотрение царя.

Данная следственная комиссия была составлена по поручению самого Бориса Годунова, которого и обвиняли в убийстве царевича. Обычно считается, что существование царевича как претендента на престол было невыгодно правителю государства Борису Годунову, завладевшему абсолютной властью в 1587 году, однако некоторые историки утверждают, что Борис считал царевича по указанной выше причине незаконнорожденным и не рассматривал как серьезную угрозу.

С прекращением Смутного времени правительство Михаила Федоровича вернулось к официальной версии правительства Василия Шуйского: Дмитрий погиб в 1591 году от руки наемников Годунова. Она же была признана как официальная и церковью. Эта версия была описана в «Истории государства Российского» Н. М. Карамзина.

В 1829 году историк М. П. Погодин выступил в защиту невиновности Бориса. Обнаруженный в архивах подлинник уголовного дела комиссии Шуйского стал решающим аргументом в споре. Он убедил многих историков и биографов Бориса (С. Ф. Платонова, Р. Г. Скрынникова) в том, что причиной гибели сына Ивана Грозного был несчастный случай.

Некоторые криминалисты утверждают, что показания, записанные комиссией Шуйского, производят впечатление составленных под диктовку, а ребенок-эпилептик не может во время припадка поранить себя ножом, потому что в это время ладони широко раскрыты.

Отметим, что версия, согласно которой царевич Дмитрий остался жив и скрылся (в связи с этим предполагалось, например, что Лжедмитрий I — это не самозванец, а настоящий сын Ивана Грозного), обсуждавшаяся еще в XIX — начале XX века, все еще имеет сторонников.

Влияние смерти Дмитрия Угличского на историю России

Со смертью Дмитрия московская линия династии Рюриковичей была обречена на вымирание. Хотя у царя Федора Иоанновича впоследствии родилась дочь, она умерла во младенчестве, а сыновей у него не было.

7 (17) января 1598 год со смертью Федора династия пресеклась, и его преемником стал Борис. С этой даты обычно отсчитывается Смутное время, в котором имя царевича Дмитрия стало лозунгом самых разных партий, символом «правого», «законного» царя. Это имя приняли несколько самозванцев, один из которых царствовал в Москве.

В 1603 году в Польше явился Лжедмитрий I, выдававший себя за чудесно спасшегося Дмитрия. Правительство Бориса, до этого замалчивавшее сам факт того, что царевич Дмитрий жил на свете, и поминавшее его как «князя», вынуждено было в пропагандистских целях служить ему заупокойные службы, поминая его царевичем. В июне 1605 года Лжедмитрий вступил на престол и на протяжении года официально царствовал как «царь Дмитрий Иванович». Вдовствующая царица Мария Нагая признала его своим сыном. Данные о ее отказе от сына разнятся и неоднозначны.

После свержения Лжедмитрия I царем стал Василий Шуйский, тот самый, который пятнадцать лет назад расследовал гибель Дмитрия, а затем признавал Лжедмитрия I истинным сыном Ивана Грозного. Теперь он утверждал третью версию: царевич погиб, но не из-за несчастного случая, а был убит по приказу Бориса Годунова. Царевич стал святым.

Эта акция не достигла своей цели, так как в том же 1606 году в Польском городе Самборе объявился новый «Дмитрий», который на самом деле был московским дворянином Михаилом Молчановым. Однако новый самозванец в Россию под царским именем так и не явился. Но уже в июне 1607 года в Стародубе явился Лжедмитрий II (Тушинский вор). В марте 1611 года в Ивангороде — Лжедмитрий III (Псковский вор, Сидорка), а в конце 1611 года в Астрахани — Лжедмитрий IV.

Имя «Дмитрия» (которого он не отождествлял ни с одним из реальных самозванцев) использовал его «воевода» Иван Исаевич Болотников. По некоторым данным, в 1613-1614 году за Дмитрия выдавал себя казачий предводитель Иван Заруцкий, бывший опекуном вдовы двух первых Лжедмитриев Марины Мнишек и ее малолетнего сына — Ивана, известного как «Воренок». С казнью этого несчастного ребенка (1614) тень Дмитрия и его «потомков» перестала представлять опасность для российского престола. Впоследствии польский шляхтич Ян Фаустин Луба выдавал себя (в Польше) за сына Марины Мнишек и Лжедмитрия II. Другой «царевич Иван» (Иван Вергуненок), объявился в Крыму около 1640 года. А во время царствования Алексея Михайловича появился последний известный «Иван Дмитриевич». Все эти самозванцы, в отличие от «Дмитрия», уже не смогли сыграть видимой роли или представлять серьезную опасность для российского престола.

Канонизация Дмитрия Угличского

В 1606 году царем Василием Шуйским в знак подтверждения гибели царевича в Углич была направлена специальная комиссия под руководством митрополита Филарета (Романова). Побуждением к этому было желание, по выражению царя, «уста лжущия заградить и очи неверующия ослепить глаголющим, яко живый избеже (царевич) от убийственных дланей», ввиду появления самозванца, объявлявшего себя истинным царевичем.

Могила Дмитрия была вскрыта, при этом по собору распространилось «необычайное благовоние». Мощи царевича были обретены нетленными — в гробнице лежал свежий труп ребенка с зажатой в руке горстью орехов. Ходили слухи, что Филарет купил у стрельца сына Романа, который был затем убит, а его тело положено в гробницу вместо тела Дмитрия.

Торжественная процессия с мощами двинулась к Москве, у села Тайнинское она была встречена царем Василием со свитой, а также матерью Дмитрия — инокиней Марфой. Гроб был открыт, однако Марфа, взглянув на тело, не смогла произнести ни слова. Затем к гробу подошел царь Василий, опознал царевича и повелел гроб закрыть. Марфа пришла в себя только в Архангельском соборе, где объявила, что в гробу находится ее сын. Тело было помещено в раку вблизи могилы Ивана Грозного — «в приделе Иоанна Предтечи, идеже отец и братья его».

Немедленно у гроба Дмитрия начали происходить чудеса — исцеления больных, толпы народа стали осаждать Архангельский собор. По приказу царя была составлена грамота с описанием чудес Дмитрия Угличского и разослана по городам. Однако, после того, как доставленный в собор находящийся при смерти больной дотронулся до гроба и умер, доступ к мощам был прекращен. В том же 1606 году Дмитрий был причислен к лику святых.

Святые Димитрий Угличский и Василий Блаженный

Таким образом, с XVII века он становится одним из самых почитаемых русских святых. Поклонение его образу символизировало непрерывность московской державной политики. К тому же, в чреватое религиозным расколом время, отмеченное активными поисками истины и добра, «неповинное убиение» св. благоверного князя обретало смысл жертвоприношения за незыблемость духовных традиций: «прославляет убо Бог своих угодников, преподобных и богоносных отец наших и мучеников, и дает им противу трудов их и мучения мздовоздаяние и дар исцеления».

Написание первого жития святого датируют концом того же 1606 года. Оно вошло в состав Четьих-Миней Германа (Тулупова), один из списков которого был создан в 1607 г. «Житие включает не только рассказ о жизни и смерти святого, близкий к рассказу повестей, но и повесть «о обретении и о перенесении честных и многочюдесных» мощей царевича в Москву. Повесть в составе Жития сохранилась в 2 вариантах — кратком и пространном, которые расходятся между собой в деталях. Во многих списках Жития повесть об обретении и перенесении мощей Дмитрия Ивановича опущена, но имеются предисловие и заключительное «Слово похвальное»».

Несколько позже было создано Житие Дмитрия Ивановича в составе Четьих-Миней Иоанна Милютина. Его главными источниками явились 1-е Житие Дмитрия Ивановича и «Новый летописец». Текст этого Жития получил широкое распространение в древнерусской письменности.

Над захоронением царевича в Архангельском соборе немедленно была помещена надгробная икона, изображающая его в развороте — в молении (ранний список — в Калужском музее). Дмитрий традиционно изображается в богатых царских одеждах и в венце. Иконы, изображающие святого фронтально, отличаются характерно укороченными пропорциями фигуры и большим круглым ликом.

Иконография святого была особенно распространена в строгановских вотчинах на Урале. Наиболее ранней в уральской группе произведений считается пелена из Сольвычегодского историко-художественного музея, датируемая 1651-1654 гг. Это подписная и датированная пелена с упоминанием имени Дмитрия Андреевича Строганова.

В ранних иконах с житием из житийных сцен присутствует только сцена «неповинного убиения». В дальнейшем складывается полная житийная иконография святого благоверного царевича Димитрия.

Царевич Дмитрий Угличский

Царевич почитается как попечитель страждущих детей: сирот, инвалидов и беспризорников.

На месте его убиения в 1630 году была построена деревянная Церковь Димитрия на крови, а в 1692 году воздвигнута каменная.

С XVIII века образ царевича Димитрия помещен на гербе Углича, а с 1999 — и на флаге города.

С 1906 года в день памяти убиенного царевича отмечалась память русских моряков — жертв Цусимского сражения 14 (27) мая 1905 года — 15 (28) мая 1905 года.

В 1997 году Русской православной церковью совместно с Российским детским фондом по инициативе председателя фонда писателя Альберта Лиханова учрежден Орден святого благоверного царевича Димитрия. Согласно статуту ордена, им награждаются лица, внесшие значительный вклад в дело попечения и защиты страждущих детей: инвалидов, сирот и беспризорников. Орден представляет собой крест с лучами из чистого серебра с позолотой, посреди которого в медальоне находится образ царевича Димитрия с надписью «За дела милосердия».

Ежегодно в Угличе 28 мая (дата для XX-XXI веков) проводится православный праздник День Царевича Димитрия.

20 мая 2015 года в Угличе установили памятник царевичу, который открыли 28 мая 2015 года.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

© 2022 Биография По всем вопросам пишите сюда: info@biojizn.ru